| Информация | Литература | Русский язык | Тестирование | Карта сайта | Поиск по сайту |
 Нашли ошибку? Выделите и нажмите CTRL+ENTER

Огородникова Л.А. Формы родительного падежа в составе устойчивых сочетаний (на материале художественных текстов второй половины XVIII в.)

Существует немало исследований, посвящённых разработке вопроса о вариантных окончаниях в форме родительного падежа неодушевлённых имён существительных мужского рода. Учёными давно установлен следующий факт: грамматически мотивировано употребление формы на –У в свободных словосочетаниях и грамматически не мотивировано - в устойчивых сочетаниях. С идиоматикой связывает распределение окончаний –А и –У в форме родительного падежа А.В.Исаченко [Исаченко 1965: 115].

«Русская грамматика» 1980 года издания указывает на обязательность употребления форм на –У/ в составе устойчивых сочетаний [Русская грамматика 1980: 487]. В Грамматическом словаре А.А. Зализняка приводятся примеры устойчивых сочетаний, в составе которых есть формы родительного падежа на –У, имеющие вариантные окончания и не имеющие [Зализняк 1987].

В настоящей статье предлагается рассмотреть вопрос об употреблении форм родительного падежа неодушевлённых имён существительных мужского рода единственного числа в составе устойчивых сочетаний на материале художественных текстов второй половины XVIII в. Термином «устойчивые словосочетания» мы будем называть такие сочетания слов, в которых выбор одного компонента определяется смыслом сообщаемого, а выбор другого зависит не только от смысла сообщения, но и от уже выбранного компонента [Борисова 1988]. Наблюдения производились путём выборки названных единиц из художественных произведений второй половины XVIII в. различных жанрово-стилистических направлений. Устойчивые сочетания с указанными формами - чаще всего сочетания наречного характера.

  1. Первую группу рассматриваемых единиц образуют устойчивые сочетания, в состав которых входят имена существительные, употребляющиеся только в таких выражениях: засып – «Иль просидеть с пером тут ночи без засыпу» [Кап. 1960: 338], «Дни три, поверьте, без засыпу…Ведь надо было мне бумаг огромну кипу…» [Кап. 1960: 323]; мах – «…с маху, сударь» [Вер. 1774: 27]; просып – «…пьёт без просыпу» [Лук.Ч2 1765: 14]; умолк – «…говорит без умолку» [Кар. 1986: 42], «о которых вы без умолку мне говаривали» [Лук. Ч2 1765: 27]. Данные лексемы вышли из активного употребления, сохранившись в составе устойчивых сочетаний. Вариантных форм с окончанием –А нет. Существительное перевод, производное от глагола перевести в разговорном значении «истребить», зафиксировано в реплике героя комедии с флексией –А: – «И день и целу ночь там тьма без перевода» [Кап. 1960: 318]. Форма на –А является факультативной для слова, заимствованного из общенародного лексического фонда. Обращает на себя внимание и тот факт, что названные лексемы – имена существительные, образованные от глаголов способом нулевой суффиксации. Такие лексемы, согласно рекомендациям М.В. Ломоносова, «употребительнее имеют в родительном –У» [Ломоносов 1952: 457].
  2. Вторую группу образуют устойчивые сочетания, в которых имена существительные оформлены окончанием –У, а в свободном употреблении – окончанием –А. К примеру, славянизм глас принимает форму на –У в составе устойчивого оборота: «ни гласу, ни послушания» [Вер. 1774: 54]. В свободном словосочетании эта лексема оформляется флексией –А и служит для создания высокого слога: «Не слышал ли мысленным ухом вещающего гласа?» [Лом. 1986: 245], «от гласа в грудь пловцам кровь тёплая влиялась» [Лом. 1986: 271], «Наполнился мой слух пронзающего гласа» [Лом. 1986: 276]. Употребление лексемы дух в составе устойчивого сочетания не связано с церковно-религиозной тематикой: «во всём доме нет ни духу хозяйскаго» [Вер. 1774: 54], «чтоб не было и духу Его у нас в дому» [Кап. 1960: 316]. В аналогичных синтаксических условиях зафиксирована форма с окончанием –А: «нет ни духа» [Кап.1960: 318]. В произведениях М.В. Ломоносова и Г.Р. Державина употреблены фразеологические построения с лексемой дух возвышенного характера, характерные для второй половины XVIII в.: «духа высоту» [Держ. Избр.1898: 364], «От бодрости ли духа приму начало?» [Лом. 1986: 248], «чтоб слабость своего возмог признать я духа» [Лом. 1986: 267]. Сочетания такого типа часто использовались а поэтических произведениях «высокого» стиля и в сентиментальных повестях. А.И. Ефимов отмечает, что «в значении слова дух перекрещиваются два семантических плана. На семантику церковно-книжного характера при таком словоупотреблении наслаиваются светские значения, аналогичные значению французского слова esprit» [Ефимов 1949: 77].

С характерной для устойчивых сочетаний флексией –У зафиксированы следующие лексемы: жар – «И дай порядочно без жару мне спроситься…» [Кап. 1960: 368]; повод – «не подавая поводу над собою ругаться» [Лук. Ч2 1765: 177]; cпуд – «Татарски песни из-под спуду, Как луч, потомству сообщу» [Держ. Избр. 1898: 371]. Возможные в свободном употреблении названные лексемы в составе устойчивых сочетаний имеют окончание –У, что придаёт им разговорный характер. Существительные край, спор в наших источниках зафиксированы как в составе фразеологизмов, так и в свободном употреблении: край – в составе фразеологизма: «бегать из краю в край» [Рад. 1938: 371]; в свободном употреблении: «считают прелести и не находят края» [Держ. 1986: 150], «дошли до края возможного» [Рад.1938: 347], «не дошли ещё до последнего края» [Рад.1938: 261]; спор – во фразеологическом сочетании: “Чтоб брата и отца стрельцам дала без спору» [Лом. 1986: 281], в свободном употреблении: «Читатель, будь хоть ты решителем их спора» [Попов 1772: 30]. Форма на –У существительного спор в составе устойчивого сочетания является основной, форма на –А – факультативная. Пример из наших источников: «В этом нет спора» [Попов 1772: 86].

В исследуемых текстах довольно часто употребляются устойчивые сочетания с лексемой род: «И с роду в первый раз В то время улыбнулась» [Богд. 1898: 330], «в первый раз от роду слышу» [Нов. 1961: 130], «От роду в первый раз такия слышу речи» [Рад. 1938: 304]. Именительный падеж единственного числа существительного род в значении «рождение» утрачен. Сочетания от роду, с роду не поддаются грамматическому анализу, так как перешли в разряд наречий. Во фразеологическом сочетании без роду, без племени форма на –А или на –У может употребляться факультативно. В реплике действующего лица комедии эта фраза воспроизведена с окончанием –А: «Который без отца, без племени, без рода» [Кап.1960: 346]. Во фразеологизме наречного характера «с первого взгляда» возможны вариантные формы. В наших источниках зафиксирована только форма на –У: «…узнаёт людей с первого взгляду» [Кар. 1987: 22].

Лексема голод в составе устойчивых сочетаний употреблена с окончанием –А и с окончанием –У. Форма на –У во фразеологических построениях ярко выраженного экспрессивного характера наблюдается в сочетании с предлогом с: «не умерли бы только с голоду» [Вер. 1774: 9], «третий уже день умираю с голоду» [Лук. Ч2 1765: 4], «дабы они не умирали с голоду» [Рад. 1938: 272], «боясь умереть с голоду» [Рад. 1938: 371]. С окончанием это существительное зафиксировано в следующем выражении: «в здешней земле француз не умрёт от голода» [Нов. 1961: 164]. Форма на –А является продуктивной в сочетании с предлогом от, обозначая внешнюю и внутреннюю мотивировку состояния. Лексема страх в составе устойчивых наших источников употребляется с предлогом от, форма на –А в них также является предпочтительной: «дрожать от страха» [Кар. Избр. 1892: 85], «забились от страха» [Кар. Избр. 1892: 54], от страха разбежались» [Нов. 1961: 102], «я дрожу от страха» [Попов 1772: 310], «от страху все жилы трепещут» [Лук.ЧII 1765: 130].

  1. Третью группу устойчивых сочетаний представляют такие, в которых формы с окончанием –А и с окончанием –У равноценны: вид – «самих себя или надежду нашего удовольствия, нашего счастья и благосостояния из вида упускали» [Нов. 1961: 179], «теряет из виду живоносное светило» [Рад. 1938: 383], «Он с первого виду почёл меня моим братом» [Лук. Ч2 1765: 88]; разбор – «…считает его без разбора наряду с другими» [Нов. 1961: 140], «Слуга должен исполнять приказ своего боярина без всякаго разбору» [Лук. Ч2 1765: 118]. С лексемой свет зафиксированы параллельные формы наречного характера: «Тот до света уж пьян» [Кап. 1960: 342], «до света ушол прогуливаться» [Попов 1772: 270] - «Вместо того, чтобы до свету разбудить своего господина» [Лук. Ч1 1765: 6]. В выражении «так и свету божьего невзвидела» [Нов. 1961: 124] употребление формы на –У поддерживается отрицательной конструкцией. В остальных случаях с данной лексемой устойчивые сочетания оформлены окончанием –А: «Во всех ты чудо света, Во всех являешься божеством» [Богд. 1898: 328], «Иль хочешь ты меня и с света уж согнать» [Кап. 1960: 372], «чтобы старуха не примчалась на облаке с того света» [Кар. Избр. 1892: 66], «Я бы и на край света удалилась с ним без размышления» [Лук. Ч1 1765: 66], «Полденный света край» [Лом. 1986: 273], «содержащая великую часть света» [Лом. 1986: 312]. Равноценные варианты формы родительного падежа наблюдаются в следующих выражениях c лексемой смех: «не могу от смеха удержаться» [Лук. Ч1 1765: 194], «животики надорвёшь от смеха» [Нов. 1961: 124], «не могу почти от смеха удержаться» [Попов 1772: 221] – «чуть не лопнешь от смеху» [Вер.1774: 51]; «так от уморил было меня со смеха» [Попов 1772: 142] – «умирая со смеху» [Кар. 1986: 46], «животики со смеху надорвёшь» [Лук. Ч1 1765: 195].

Существительное час в составе устойчивых сочетаний имеет параллельные формы: «ожидал с часа на час смерти» [Нов. 1961: 119], «с часа на час ожидает себе из их нового гонителя» [Нов. 1961: 157] – «который с часу на час …ждёт себе…виселицы» [Попов 1772: 144]; «Он с нескольких дней час от часа переменялся» [Попов 1772: 96] – «час от часу могу ими исправляться» [Лук. Ч1 1765: XXXI], «она мне час от часу противнее становится» [Лук. Ч1 1765: 31], «час от часу лезет» [Попов 1772: 231]. В устойчивом сочетании год от году [Нов. 1961: 116; Рад. 1938: 326] также возможна форма с окончанием –А. Употребление флексии –У указывает на разговорный характер данного выражения. Ярко выраженный экспрессивный характер имеет устойчивое сочетание «с тоща боку» [Вер. 1774: 29]. Данное свойство усиливается благодаря оформлению его флексией –У.

Имена существительные с конкретно-предметным значением в составе устойчивых сочетаний в наших источниках оформлены окончанием –А: глаз – «Подарки всем судьям из глаза ты на глаз с поклоном от меня препоручил» [Кап. 1960: 318], «бережёт их пуще своего глаза» [Нов. 1961: 117]; молоток – «женитьба ни что иное, как продажа с молотка» [Попов 1772: 194], нос – «чтоб носа не возносили» [Кап. 1960: 307]; обух – «плетью обуха не перешибёшь» [Нов.1961: 126]. Существительное шаг может иметь неисчисляемое значение и оформляться флексией –У. В наших источниках эта лексема с окончанием –А зафиксирована в следующем устойчивом сочетании: «за мною из шага в шаг ступает» [Лук. Ч2 1765: 95]. Только с окончанием –А зафиксированы многочисленные устойчивые сочетания с лексемами стыд и ум: «Я с стыда умру» [Лук. Ч1 1765: 54], «он меня со стыда умереть принуждает» [Лук. Ч1 1765: 82], «от стыда умереть должен» [Лук. Ч2 1765: 72], «и ещё ума наберися» [Лук. Ч1 1765: 188], «от досады с ума сойдёт» [Лук. Ч2 1765: 126], «иль ты ума рехнулся» [Кап. 1960: 367], «ума не приложу» [Нов.1961: 116], «лишиться ума» [Нов. 1961: 40], «Всякая всячина выжила из ума» [Нов. 1961: 40], «Его легохонько можно свести с ума» [Попов 1772: 100].

Отметим ещё один случай употребления формы родительного падежа с окончанием –У в составе устойчивого сочетания: «Так должно ль, не спросяся броду, О полночи бросаться в воду» [Кап. 1960: 407]. Форма на –У здесь поддерживается не только разговорным характером данного выражения, но и потребностями рифмы: броду – воду.

В заключение необходимо сказать ещё и о таком типе фразеологических построений, как «имя + родительный определительный». Родительный определительный в таких сочетаниях употреблялся при отглагольных именах и при существительных со значением отвлечённого признака, качества. Исследователь языка художественных произведений А.И. Ефимов отмечает продуктивность такого типа устойчивых сочетаний в произведениях второй половины XVIII в.[Ефимов 1949: 84]. В форме родительного падежа здесь безраздельно господствует флексия —А: брак – «о святости брака» [Нов. 1961: 150]; глад — «на утоление глада» [Рад. 1938: 290], «насытитель нашего глада» [Рад. 1938: 314]; голос — «заключает о справедливом или о ложном по твёрдости голоса» [Нов. 1961: 191], «приятность моего голоса» [Нов. 1961: 97]; гром — «метатель грома» [Рад. 1938: 332]; мир — «беспредельной обширности мира» [Нов. 1961: 179], «превратностей мира» [Рад. 1938: 260]; народ — «правители нашего народа» [Рад. 1938: 312]; пол (разряд живых существ) — «нежность любезного пола» [Нов. 1961: 119]; приговор - «исполнитель сего приговора» [Рад. 1938: 34]; род - «во дни юности рода человеческого» [Кар. 1986: 8]; рок – «презрев упругость рока» [Лом. 1986: 1986: 2888]; храм - «внутренность сего ветхого храма» [Кар. Избр. 1892: 85]; язык - «грубость российского языка» [Нов. 1961: 104]. Особенно часто такие фразеологические построения встречаются в произведениях «высокого» и «среднего» стиля.

Итак, в художественных текстах второй половины XVIII в. употреблены устойчивые сочетания разных типов. Окончание –У характеризует такие сочетания, в которых имена существительные утратили форму именительного падежа единственного числа и вне устойчивого сочетания не употребляются. Большинство лексем фиксируется как в устойчивом сочетании, так и в свободном употреблении. Во фразеологизме характерной оказывается форма на –У. Целый ряд имён существительных в составе фразеологизмов имеет вариантные формы, которые являются равноценными в грамматическом и стилистическом плане. Лексемы с конкретной семантикой в составе устойчивых единиц в наших источниках зафиксированы только с окончанием –А. Во фразообразовательной модели имя + родительный определительный, характерной для художественных произведений исследуемого периода, в форме родительного падежа безраздельно господствует окончание –А.

Источники

  1. Вер. – Верёвкин М.И. Имянинник. М.,1774.
  2. Держ. - Державин Г.Р. Избранные произведения. - В кн. Галахов А.Д. Историко-литературная хрестоматия нового периода русской словесности. М., 1898.
  3. Держ. Избр. – Державин Г.Р. Анакреонтические песни. М., «Наука», 1986.
  4. Кап. – Капнист В.В. Собрание сочинений. Т.1. Изд. АН СССР, М.-Л., 1960.
  5. Кар. – Карамзин Н.М. Письма русского путешественника. Л, «Наука», 1987.
  6. Кар. Избр. – Карамзин Н.М. Избранные сочинения. С.-Петербург, 1892.
  7. Ломоносов – Ломоносов М.В. Избранные произведения. М., «Наука», 1986.
  8. Лук. Ч1. – Лукин В. Сочинения и переводы. Ч.1. С.-Петербург, 1765.
  9. Лук. Ч2. – Лукин В. Сочинения и переводы. Ч.2. С.-Петербург, 1765.
  10. Нов. – Н.И. Новиков и его современники. Избранные сочинения. Изд. АН СССР. М., 1961.
  11. Попов – Попов М. Досуги или собрание сочинений. С.-Петербург, 1772.
  12. Рад. – Радищев А.Н. Полное собрание сочинений.Т.1. Изд. АН СССР, М.-Л., 1938

Литература

  1. Борисова Е.Г. Пакет «Устойчивые словосочетания» // Лексикографическая разработка фразеологизмов для словарей различных типов и для машинного фонда. М., 1988.
  2. Ефимов А.И. Фразеологический состав повести Карамзина «Наталья, боярская дочь» // Материалы и исследования по истории русского литературного языка. М.-Л., 1949. С. 69-94.
  3. Зализняк А.А. Грамматический словарь русского языка. М., 1987.
  4. Исаченко А.В. Грамматический строй русского языка. Изд. 2-е. Братислава, 1965.
  5. Ломоносов М.В. Российская грамматика // Ломоносов М.В. ПCC, Т.7 (Труды по филологии 1739-1758). М.-Л.,1952.
  6. Русская грамматика. Т.1. М.: Наука, 1980.
HTML-версия Studio KF, при использовании ссылка на сайт http://www.russofile.ru обязательна!


В начало страницы Огородникова Л.А. Формы родительного падежа в составе устойчивых сочетаний (на материале художественных текстов второй половины XVIII в.)
Copyright © 2004, Русофил - Русская филология
Все права защищены
Администрация сайта: admin@russofile.ru
Авторский проект Феськова Кузьмы
Яндекс цитирования Rambler's Top100
Мы хотим, чтобы дети были предметом любования и восхищения, а не предметом скорби!
Детский рак излечим. Это опасное, тяжелое, но излечимое заболевание. Каждый год в России около пяти тысяч детей заболевают раком. Но мы больше не боимся думать об этих детях. Мы знаем, что им можно помочь.
Мы знаем, как им помочь.
Мы обязательно им поможем.